Неточные совпадения
На ней хорошо сидел матерчатый
шелковый капот бледного
цвета; тонкая небольшая кисть руки ее что-то бросила поспешно на стол и сжала батистовый платок с вышитыми уголками.
На второй было закрытое платье gris de perles, [серо-жемчужного
цвета (фр.).] легкая
шелковая косынка вилась вокруг ее гибкой шеи.
Соня остановилась в сенях у самого порога, но не переходила за порог и глядела как потерянная, не сознавая, казалось, ничего, забыв о своем перекупленном из четвертых рук
шелковом, неприличном здесь, цветном платье с длиннейшим и смешным хвостом, и необъятном кринолине, загородившем всю дверь, и о светлых ботинках, и об омбрельке, [Омбрелька — зонтик (фр. ombrelle).] ненужной ночью, но которую она взяла с собой, и о смешной соломенной круглой шляпке с ярким огненного
цвета пером.
Правда: комнатка твоя выходила в сад; черемухи, яблони, липы сыпали тебе на стол, на чернильницу, на книги свои легкие
цветки; на стене висела голубая
шелковая подушечка для часов, подаренная тебе в прощальный час добренькой, чувствительной немочкой, гувернанткой с белокурыми кудрями и синими глазками; иногда заезжал к тебе старый друг из Москвы и приводил тебя в восторг чужими или даже своими стихами; но одиночество, но невыносимое рабство учительского звания, невозможность освобождения, но бесконечные осени и зимы, но болезнь неотступная…
Одет он был забубенным помещиком, посетителем конных ярмарок, в пестрый, довольно засаленный архалук, полинявший
шелковый галстух лилового
цвета, жилет с медными пуговками и серые панталоны с огромными раструбами, из-под которых едва выглядывали кончики нечищеных сапог.
Белые двери привели в небольшую комнату с окнами на улицу и в сад. Здесь жила женщина. В углу, в
цветах, помещалось на мольберте большое зеркало без рамы, — его сверху обнимал коричневыми лапами деревянный дракон. У стола — три глубоких кресла, за дверью — широкая тахта со множеством разноцветных подушек, над нею, на стене, — дорогой
шелковый ковер, дальше — шкаф, тесно набитый книгами, рядом с ним — хорошая копия с картины Нестерова «У колдуна».
Когда она, стройная, в
шелковом платье жемчужного
цвета, шла к нему по дорожке среди мелколистного кустарника, Самгин определенно почувствовал себя виноватым пред нею. Он ласково провел ее в отдаленный угол сада, усадил на скамью, под густой навес вишен, и, гладя руку ее, вздохнул...
На костях его плеч висел широкий пиджак железного
цвета, расстегнутый на груди, он показывал сероватую рубаху грубого холста; на сморщенной шее, под острым кадыком, красный,
шелковый платок свернулся в жгут, платок был старенький и посекся на складках.
Заснешь и вполглаза видишь наяву снасть, а рядом откуда-то возьмутся
шелковые драпри какой-нибудь петербургской гостиной — вазы,
цветы, из-за которых тут же выглядывает урядник Терентьев.
Тагалы нехороши собой: лица большею частью плоские, овальные, нос довольно широкий, глаза небольшие,
цвет кожи не чисто смуглый. Они стригутся по-европейски, одеваются в бумажные панталоны, сверху выпущена бумажная же рубашка; у франтов кисейная с вышитою на европейский фасон манишкой. В шляпах большое разнообразие: много соломенных, но еще больше европейских,
шелковых, особенно серых. Метисы ходят в таком же или уже совершенно в европейском платье.
Мы обедали в палатке; запах от кораллов так силен, что почти есть нельзя. Обед весь состоял из рыбы: уха, жареная рыба и гомар чудовищных размеров и блестящих красок; но его оставили к ужину. Шея у него — самого чистого дикого
цвета, как будто из
шелковой материи, с коричневыми полосами; спина синяя, двуличневая, с блеском; усы в четверть аршина длиной, красноватые.
Шелковые галстухи, лайковые перчатки — все были в каких-то чрезвычайно ровных, круглых и очень недурных пятнах, разных видов, смотря по
цвету, например на белых перчатках были зеленоватые пятна, на палевых оранжевые, на коричневых масака и так далее: все от морской сырости.
Она не только была необыкновенно оригинально нарядна, — что-то было на ней накручено и бархатное, и
шелковое, и ярко желтое, и зеленое, — но и жидкие волосы ее были подвиты, и она победительно влетела в приемную, сопутствуемая длинным улыбающимся человеком с земляным
цветом лица, в сюртуке с
шелковыми отворотами и белом галстуке.
Райский разобрал чемодан и вынул подарки: бабушке он привез несколько фунтов отличного чаю, до которого она была большая охотница, потом нового изобретения кофейник с машинкой и
шелковое платье темно-коричневого
цвета. Сестрам по браслету, с вырезанными шифрами. Титу Никонычу замшевую фуфайку и панталоны, как просила бабушка, и кусок морского каната класть в уши, как просил он.
В сундуках у него лежало множество диковинных нарядов: штофные юбки, атласные душегреи,
шелковые сарафаны, тканные серебром, кики и кокошники, шитые жемчугами, головки и косынки ярких
цветов, тяжелые мордовские мониста, ожерелья из цветных камней; он сносил всё это охапками в комнаты матери, раскладывал по стульям, по столам, мать любовалась нарядами, а он говорил...
Сарафан Марьи Степановны был самый старинный, из тяжелой
шелковой материи, которая стояла коробом и походила на кожу; он, вероятно, когда-то, очень давно, был бирюзового
цвета, а теперь превратился в модный gris de perle. [серебристо-серый (фр.).]
— Ничего ты не понимаешь, — с напускным равнодушием проговорила Заплатина, облекаясь в перекрашенное
шелковое платье травяного
цвета и несколько раз примеривая летнюю соломенную шляпу с коричневой отделкой.
Небольшие светлые окна, заставленные
цветами и низенькими
шелковыми ширмочками, смотрели на улицу с самой добродушной улыбкой, как умеют смотреть хорошо сохранившиеся старики.
Крузенштерн 85 лет назад видел гиляка в пышном,
шёлковом платье, «со многими истканными на нем
цветами»; теперь же на Сахалине такого щеголя и с огнем не сыщешь.
Кругом, в беспорядке, на постели, в ногах, у самой кровати на креслах, на полу даже, разбросана была снятая одежда, богатое белое
шелковое платье,
цветы, ленты.
Будто
шелковый зеленый ковер, расстилается по ней сочная, мягкая мурава, испещренная несметным множеством
цветов, сплошь покрывает ее.
Вслед за Манефой вошла Марья Гавриловна, высокая, стройная, миловидная женщина, в шерстяном сером платье, в
шелковой кофейного
цвета шубейке, подбитой куньим мехом, и в темной бархатной шапочке, отороченной соболем.
И вырезался из-за черной, как бы ощетинившейся, лесной окраины золотистый луч солнышка и облил ярким светом, как снег, белое платье красавицы и заиграл переливчатыми
цветами на синем кафтане и
шелковой алой рубахе Алексея.
Вот выдалась прогалинка. Будто розовыми
шелковыми тканями покрыта она. То сон-трава [Сон-трава, сонуля, дрема — Viscaria vulgaris.] подняла кверху
цветы свои. Окрайны дороги также сон-травой усыпаны. Бессознательно сорвал один
цветок Василий Борисыч. Он прилип к его пальцам.
Сквозь стекла виднелись
шелковые занавески с аграмантом, клетки с канарейками, горшки с
цветами.
Это была такая красавица, каких и за Волгой немного родится: кругла да бела, как мытая репка, алый
цвет по лицу расстилается, толстые, ровно
шелковые косы висят ниже пояса, звездистые очи рассыпчатые, брови тонкие, руки белые, ровно выточены, а грудь, как пух в атласе.
С левой стороны находилась громадная арка с приподнятой на толстых шнурах портьерой, открывавшей вид в следующую комнату-альков, всю обитую белой
шелковой материей. В глубине ее виднелась пышная кровать, а справа роскошный туалет, с большим овальным зеркалом в рамке из слоновой кости. Альков освещался молочного
цвета фонарем, спускавшимся из центра искусно задрапированного белоснежным шатром потолка. Пол был устлан белым ангорским ковром.
Зинаида Павловна, в капоте из легкой
шелковой материи
цвета крем, полулежала на кушетке, с папиросой в руках.
Громадный пунцовый фонарь на золоченых цепочках спускался с разукрашенного причудливыми гипсовыми барельефами потолка и полуосвещал обширную комнату, сплошь затянутую пунцовой
шелковой материей и устланную такого же
цвета пушистым ковром.
Что-то вроде улыбки показалось на лице его в то время, как он облекался в свой
шелковый халат
цвета лягушечьей спинки. Советник встал со стула и был в сильном волнении.
Наружность владыко имел приятную: полноватый, не совершенно еще седой, с расчесанными бородой и волосами, в
шелковой темно-гранатного
цвета рясе, с кокетливо-навитыми на руке янтарными четками, с одним лишь докторским крестом на груди, который тогда имели не более как пять — шесть архиереев, он вышел в гостиную навстречу к Крапчику, который был во фраке и звезде, и, склонив несколько голову, подошел к благословению владыки.
Когда новые постояльцы поселились у Миропы Дмитриевны, она в ближайшее воскресенье не преминула зайти к ним с визитом в костюме весьма франтоватом: волосы на ее висках были, сколько только возможно, опущены низко; бархатная черная шляпка с длинными и высоко приподнятыми полями и с тульей несколько набекрень принадлежала к самым модным, называемым тогда шляпками Изабеллины; платье мериносовое, голубого
цвета, имело надутые, как пузыри, рукава; стан Миропы Дмитриевны перетягивал
шелковый кушак с серебряной пряжкой напереди, и, сверх того, от всей особы ее веяло благоуханием мусатовской помады и духов амбре.
На ней было
шелковое серо-стальное платье, которого
цвет до того подходил к этим сумеркам, что мягкие контуры ее форм, казалось, сливались с общим полусветом комнаты.
Тот, оставшись один, вошел в следующую комнату и почему-то опять поприфрантился перед зеркалом. Затем, услышав шелест женского
шелкового платья, он обернулся: вошла, сопровождаемая Анной Гавриловной, белокурая, чрезвычайно миловидная девушка, лет восемнадцати, с нежным
цветом лица, с темно-голубыми глазами, которые она постоянно держала несколько прищуренными.
— Забыли вы нас, Петр Елисеич, — говорила хозяйка, покачивая головой, прикрытой большим
шелковым платком с затканными по широкой кайме серебряными
цветами. — Давно не бывали на пристани! Вон дочку вырастили…
Иван воспитывался не дома, а у богатой старой тетки, княжны Кубенской: она назначила его своим наследником (без этого отец бы его не отпустил); одевала его, как куклу, нанимала ему всякого рода учителей, приставила к нему гувернера, француза, бывшего аббата, ученика Жан-Жака Руссо, некоего m-r Courtin de Vaucelles, ловкого и тонкого проныру, самую, как она выражалась, fine fleur [Самый
цвет (фр.).] эмиграции, — и кончила тем, что чуть не семидесяти лет вышла замуж за этого финь-флёра: перевела на его имя все свое состояние и вскоре потом, разрумяненная, раздушенная амброй a la Richelieu, [На манер Ришелье (фр.).] окруженная арапчонками, тонконогими собачками и крикливыми попугаями, умерла на
шелковом кривом диванчике времен Людовика XV, с эмалевой табакеркой работы Петито в руках, — и умерла, оставленная мужем: вкрадчивый господин Куртен предпочел удалиться в Париж с ее деньгами.
Однажды Власову остановил на улице трактирщик Бегунцов, благообразный старичок, всегда носивший черную
шелковую косынку на красной дряблой шее, а на груди толстый плюшевый жилет лилового
цвета. На его носу, остром и блестящем, сидели черепаховые очки, и за это его звали — Костяные Глаза.
Бедная пепиньерка являлась в своей кирасе и в горохового
цвета шелковом платье, которое сослужило ей хорошую службу.
Поверх кафтана надет был внакидку
шелковый легкий опашень золотистого
цвета, застегнутый на груди двойною алмазною запоной.
Из-под нарядного подола кольчуги виднелась белая
шелковая рубаха с золотым шитьем, падавшая на зарбасные штаны жаркого
цвета, всунутые в зеленые сафьянные сапоги, которых узорные голенищи, не покрытые поножами, натянуты были до колен и перехватывались под сгибом и у щиколоток жемчужною тесьмою.
Мебель состояла из мягких, обитых тоже не первой свежести, но, видно, тщательно сохраняемой
шелковой материей темно-синего
цвета, дивана, кресел, стульев, chaise longue и преддиванного стола, покрытого бархатною скатертью.
Надевался обыкновенно белый пеньюар, вышитый или с кружевами, на
шелковом цветном чехле, затем пышный чепчик с бантами,
шелковые чулки, непременно телесного
цвета, и белые башмаки с лентами, которые завязывались, а бантики тщательно расправлялись, как будто бы графиня ехала на какой-нибудь бал.
В комнате этой, обитой серым ситцем, на огромной софе лежит неподвижно этот «баловень счастья» и смотрит в одну точку. Одет он в атласный фиолетового
цвета халат, с расстегнутым на груди воротом рубашки. Золотой крестик с двумя образками и ладанкой на
шелковом шнурке выбился наружу и лежит поверх халата. Одна шитая золотом туфля лежит у босых ног на софе, а другая валяется на полу.
Набоб сидел на стуле, заложив ногу за ногу, и легонько раскачивался, когда начинал смеяться; летняя пара из
шелковой материи,
цвета смуглой южной кожи, обрисовывала его сильное, но уже начавшее брюзгнуть тело.
Обитая голубым атласом с желтыми шнурами мягкая мебель, маленький диван с стеганой спинкой, вроде раковины,
шелковые тяжелые драпировки, несколько экзотических растений по углам, мраморные группы у одной стены — все это так приятно гармонировало с летним задумчивым вечером, который вносил в открытую дверь пахучую струю садовых
цветов.
Сиреневое платье m-me Дымцевич, гранатное m-me Вершининой, небесно-голубое
шелковое m-me Майзель,
цвета свежескошенного сена m-me Буйко и какого-то необыкновенного канареечного
цвета m-me Сарматовой произвели свой эффект, переливаясь в глазах Евгения Константиныча всеми
цветами солнечного спектра.
Надетое на ней платье
цвета бордо, из плотной шерстяной материи, только в силу пришитых у талии
шелковых шнуров с большими кистями, да широких полуразрезных рукавов, позволявших видеть полуобнаженную ручку, считалось домашним, не представляя из себя ни малейшего удобства просторного капота.
Это была прелестная комнатка, вся светло-голубая. Стены были обиты голубым атласом, низенькая мебель, кушетка, диванчики, креслица, пуфы такого же
цвета составляли меблировку этой комнаты-бомбоньерки, с одноцветными
шелковыми занавесями и портьерами на окнах и дверях. Небольшой черного дерева, резной письменный стол и три этажерки были полны всевозможных безделушек, а два зеркальные шкафа дополняли убранство.
Тут далее мой приятель не слышал ничего, кроме слитного гула, потому что внимание его отвлек очень странный предмет: сначала в отпертой передней послышался легкий шорох и мягкая неровная поступь, а затем в темной двери передней заколебалась и стала фигура ясная, определенная во всех чертах; лицо веселое и доброе с оттенком легкой грусти, в плаще из бархата, забывшего свой
цвет, в широких
шелковых панталонах, в огромных сапогах с раструбами из полинявшей желтой кожи и с широчайшею шляпою с пером, которое было изломано в стебле и, шевелясь, как будто перемигивало с бедностью, глядевшей из всех прорех одежды и из самых глаз незнакомца.
Ольга была в голубом
шёлковом платье, которое очень шло к ее бледному
цвету лица и роскошным льняным волосам. Платье это было модно и ужасно дорого. Урбенину стоило оно, вероятно, четверти годового жалованья…